colontitle

Шановні пані та панове! 

Сайт в стадії реновації.

Перепрошуємо за незручності.

 Юбилейный номер газеты

Михаил Пойзнер

Одесса родилась на Молдаванке

Для одних Михаил Пойзнер — академик, крупнейший специалист по морским портам, для других он — коллекционер, собравший такие материалы о пребывании румын в Одессе, что, думаю, детям и внукам этих завоевателей до сих пор не спится, для меня (считайте, третьих) Миша Пойзнер — великолепный одесский писатель, впитавший дух Молдаванки не столько из рассказов Бабеля, хоть он его, конечно же, любит, но ощутивший Молдаванку чистым чувством, как можно ощутить только женщину...

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ.

Наш ракурс

...Что я, приехал сюда с Колосовки?

Мой папа был простым “площадочником” еще в старом “Гужтрансе”.

Ты что-то понял?

Чем они там занимались? Они иногда носили, иногда возили, иногда поднимали. Пили они всегда... Главное — без всякой суеты. Он всегда повторял: “...Только не надо этих резких движений головой! Осторожно с зеркальным шкафом!..”. А ты вообще знаешь, что нужно было иметь в голове, чтобы тебе доверили тот шкаф? Именно!..

И я точно пошел в него. Я всегда любил работать. Но чтобы работать и... не заработать, я этого не понимаю. Да, было трудно. Но когда мой напарник говорил: “Я уже не могу...” — я интересовался: “А “через “не могу?!”.

Но кто меня теперь слушает?.. Что, это раньше, когда я был “на людях”?..

О моих годах можно судить по женщинам, которые останавливают меня на Дерибасовской, чтобы хотя бы поговорить. С каждым годом таких все меньше...

А что я? Я всегда был человеком рискованной профессии, особенно при Советской власти. В те “вырванные” годы работал на фабрике “Одесфото”. И что, мне было плохо?! Только успевай щелкать. Снялся — в сторону, следующий... И так все время. Что ты знаешь? С нашей тарелки кушали все...

А когда дело “пахло нафталином”, и больше, чем чуть-чуть, не хватало до “личного творческого плана”, тогда я ездил по области. Все было отработано до минут и копеек. А как по-другому? Заходил к директору школы, оставлял пару рублей, и тут же, в приказном порядке, выстраивалась вся школа... фотографироваться. Ничего, что позавчера уже кто-то снимал. Так надо... Я только щелкал и собирал “наперед” деньги. А сколько в области тех школ, детсадов и яслей было?! Ой! Только бы здоровье...

Снялся — в сторону. Следующий...

Потом работал в паре со своей первой женой. Я делал портреты, она ретушировала. “Ровняла” уже после меня... Часто до неузнаваемости. Научил на свою голову... После тех портретов она дорывалась до меня и тоже хотела “ровнять”... Что она говорила, я сразу же делил на двадцать восемь. У нее был не словарный запас, а... коварный запас слов. Ой! Те годы, что я прожил с ней, я лучше бы отсидел в тюрьме... Что, не было за что? Им только дай человека...

Ты что-то уже понял?

Вместо высшего образования у меня, слава Богу, всегда было хотя бы среднее соображение. И я всегда повторял: “Сказал “А”, так не будь же на “Б”...”.

...А теперь эти мальчики со всеми “Кодаками”... Что они могут? Нет! Что может фотоаппарат, я знаю. А что могут они? Снимать со стандартных ситуаций?! “Щелк” туда, “щелк” сюда... А снять, допустим, чтобы дома не обратили внимание, что ты уже хорошо чуть-чуть беременная?.. Или “сделать” лысому прическу... через ракурс?!

Я вас прошу, с кем там говорить? С кем там иметь дело?! Таких, как мы, они еще будут искать во всех углах. Ну-ну, посмотрим...

...Я работал до тех пор, пока на “Одесфото”, на эту нашу “Хижину дяди Тома” не “наехало”... Время. И все пошло в другую сторону.

Кто из нас вообще остался?

Миля и Федя — там, в Нью-Йорке.

Митя — там, в Сан-Франциско.

Сережа — там, в Мельбурне или Сиднее. Я помню?..

Осик и Костя — уже там, в земле.

Ленчик — в торговле.

Алла — на “7-м километре”. Дожились...

Люба — не знаю, где...

А про других — вообще ничего... как будто их и не было.

Все...

Попробуй сейчас найти проявитель, закрепитель, глянцеватель... А бачок для проявки? А “виражи”?!

Кому это сейчас нужно? Я вас умоляю...

Все ушло...

Кто мог подумать, что все “сегодня” и все “вчера” уже были...

А что нам сейчас? “Обойти” себя... Уже дойти, куда идем... Уже дожить, что там осталось... Эти “копейки”...

...Кажется, идет мой трамвай...

Я, слава Богу, уже ничего не вижу “вдаль”.

А перед собой?..

Все, “приехали”...

Короче, так оно и есть: “Снялся — в сторону. Следующий...”.


Водка кончилась

...Не понял?!

Что, я только вчера родился?! Я что, уже не помню, как когда-то из города ехали помогать колхозам? Что, через меня это не прошло?

Каждая одесская контора имела “свой” колхоз. Все контролировалось из горкома или обкома! А что, например, наша контора была какая-то особо выдающаяся? Нам дали тоже что-то такое... почти нищее. Ну, короче, наверное, то, что осталось...

Как-то раз новый начальник взял меня очередной раз на поиски “нашего” колхоза. Блукали-блукали, пока случайно не нашли. И что? Не успели подскочить к правлению, как председатель буквально на наших глазах “смылся” на своем газике. Гонялись за ним по полям и дорогам, пока чудом не нагнали. А оказалось, нас просто перепутали... с газиком 2-го или какого-то там секретаря райкома. Председатель обрадовался: “А... свои!.. Тогда едем на официальную часть...”. Ну, поехали.

...Хата в дыму, в смысле, в чаду. Полно жратвы. И жареные перцы, и куры, и картошка, и холодец. Одним словом, официальная часть...

Нашего начальника только-только “перекинули” к нам с горкома. Что-что, а говорить и тем более — обещать — он еще как мог. А когда он стал с выражением перечислять, что мы берем на себя и как им хорошо будет потом... — даже мухи перестали низко летать, присели и зажмурились... “В ответку” ошарашенный председатель почти прослезился: “...Наконец-то город повернулся лицом к деревне...”. Потом это “лицо” они запомнили надолго...

...Со спиртным явно не рассчитали. И уже через час какая-то бабка из обслуги подошла ко мне, чтобы посоветоваться: “...Я же бачу, что вы свои хлопцы! Водка кончилась... осталась самогонка. Нести?”. Еще спрашивает!!!

Когда моментально кончилась и самогонка, чтобы уже окончательно закрыть наши рты, нам “выделили” что-то шесть или семь курей. Каждому.

Какие куры? Кому до тех курей?! Председатель обиделся:

“...Вы знаете, что это за куры?! Они у нас зиму (!) пережили!!! Их даже кормить почти не надо...”.

...Когда куры уже выглядывали из нашего багажника, вернулся мой шеф. Он был перепуган насмерть: “Быстро пропадаем! Большая неприятность... Если только дойдет до обкома... Мы попали не в “свой” колхоз (!)”. Это выяснилось только тогда, когда перед самым уходом ему подсунули на подпись какие-то бумаги.

А еще чуть-чуть, и мы могли вторым “алкогольным” ударом почти “раздеть” целый колхоз.

...Уже в Одессе, после окончательной разборки, мне достались аж две курицы. Я привязал их веревкой за ногу, и они бегали взад-вперед по общему коридору.

А вообще-то это были боевые куры. До наших дверей можно было подойти только с их разрешения. Соседей они в упор не видели. Так же само, как и мы потом тот “свой” колхоз...


Молдаванка Боффо?

А также Торичелли, Даллаква, Козлова, Скудиери, Черкунова, Дигбия, Моранди и других замечательных зодчих!

Разве не поразительно, что имена этих людей, создавших неповторимый архитектурный облик исторического центра города, имеют непосредственное отношение к застройке старой Молдаванки? Речь идет именно о массовой застройке, а не об отдельных общественных (Институт благородных девиц) либо частных жилых зданиях состоятельных лиц (дом княгини Людмилы Ивановны Гагариной на улице Манежной, особняк графа Лидерса на Внешнем бульваре). В начале 1830-х годов, например, такие молдаванские кварталы как XXV (Головковская — Картамышевская — Виноградная — Балковская), XXXVII (Прохоровская — Мясоедовская — Госпитальная — Глухая), LIX (Малороссийская — Высокий пер. — Хуторская — Внешняя) и некоторые прочие были сплошь украшены домами, проектируемыми Францем Боффо.

Впрочем, обеспечение всех четырех частей города Одесса, куда полноправно входило предместье Молдаванка, «правильными, Высочайше утвержденными фасадами» являлось прямой обязанностью городового архитектора — в данном случае автора знаменитой Бульварной (Потемкинской) лестницы. Следует также учесть, что планы построек простыхобитателей Молдаванки — мещан, колонистов, мелких чиновников, отставных солдат — в то время были очень просты, даже примитивны по сравнению с дворцами знати. Поэтому перенос на «бумагу» просителя-застройщика своеобразного типового проекта редко требовал вмешательства помощников (кстати, не предусмотренных штатами Строительного комитета). Вот и сохранились в фондах Государственного архива Одесской области (ГАОО) тысячи «автографов» славных архитекторов прошлого, поставленных на заказы местных жителей.

Значит, удивляться нужно другому. Каким образом, манипулируя лишь несколькими разрешенными картинками, тем Мастерам удалось создать не уныло-однообразную, а уютную, со своей ярко выраженной индивидуальностью, Молдаванку? А ведь такая еще на памяти нескольких поколений современных горожан. Массивы здешних построек, давно перешагнувших полуторавековой рубеж, тают на глазах. Оставшиеся же осколки старины достойны как уважения, так и всемирной защиты.

Татьяна ДОНЦОВА.

На репродукциях — листы чертежей с подписями Боффо и Торичелли.


Осколки

...Она говорит, что была со мной и там, и там, и здесь... “Обыщи” меня... но я ничего этого не помню.

...Кто даст?

Он даст?!!

Жди... Сейчас у меня уже карманы начнут “болеть”...

Мамаша! ТА отдайте уже эту картошку по 30 копеек!

И ШО вы нервничаете?! Так она же попадет в хорошие руки...

Разменяйте, пожалуйста, двадцать гривен...

— Аж двадцать?! Ну, ты посмотри на него! Я что, сегодня так хорошо выгляжу?..

...Ой! Не нуди уже!! Через таких, как ты, родина таки может стать матерью...

От тебя же можно за-бе-ре-ме-неть!!!


На всю оставшуюся жизнь

...Ты ШО, еще не понял, где мы живем и с кем мы имеем дело?! Только то, ШО ты уже съел, — так это уже точно никто не сможет отобрать.

А все остальное — еще как могут! И отберут — если не сегодня, ну так послезавтра. Так начинай уже сегодня смотреть по сторонам... особенно наверх.

И не скушай все сам...

Возьми глаза “в руки”

...Ты что, сама не видишь? Ну так возьми глаза “в руки”! Что ты выбрала?!

Когда я вижу его возле тебя, кажется, что он ходит вокруг столба и читает объявления. И вообще...

ТА на него один раз плюнешь — и все. А если плюнуть раза два?!

Бельмондо, Бельмондо

...Наша “Волга” — приличная машина. А что, нет?! Хотя с виду она похожа на... Чурикову. А так все нормально.

— Нормально?! Что же нормального?! Хорошенькое дело... А на кого тогда похож наш “Запорожец”?

Кто-то теряет, а кто-то ...

Ой! Кто сейчас во что-то верит? Я вас прошу...

Что, например, споймали и выбили зубы — в это поверят...

А что споймали и... вставили зубы — не поверят.

— ...Ой! Я вас уже умоляю... Теперь доллары, брокеры, акции и фракции...

А кому-то про это раньше только намекнуть, так сразу сказали бы: “Ты что, с мозгами поссорилась?..”.

Великолепная “семерка”?

...Так я и не понял. У вашего Коли “семерка” или “восьмерка”? ШО же он все-таки взял? — Ой! Я знаю, “восьмерка” или “семерка”? Но он ТАКОЕ (!) на себя взял! Такое!!! ... ШО возле нее он теперь сам “шестерка”...

Брутто или нетто?

...Мы ШО, на шалабаны играем?! В конце концов... Ты ШО, сам уже не видишь вокруг себя? Он же не “брутто”, он же “нетто”!!! Короче, “кругом-бегом” он чистый... За ним и у него — ничего нет! Ну даже дули свободной...